|
Пролог.
Я биолог прибывший в Соединенные Штаты из Японии. Мое пребывание в Северной Каролине оказалось полно сюрпризов. Больше всего меня тут шокировало поведение людей, то как они говорят, как они думают, как они смеются, как они сердятся – все это сильно отличается от того к чему я привык. Ежедневный опыт и наблюдения этих различий привели меня к выводу о том, что есть разница даже в науке, и в том как она делается. Раньше я рассматривал науку как нечто универсальное и полагал, что тут нет разницы между странами.
Я был не прав. Люди разных культур думают по-разному и, следовательно, их наука тоже имеет отличия. В этом эссе я опишу разницу между западной и восточной наукой, как я её увидел. Позвольте мне начать с аллегории.
Вот человек из Японии приезжает в Соединенные Штаты. Первой его проблемой оказывается пища. Он обнаруживает, что вся еда в ресторанах тут слишком острая, слишком соленая, слишком сладкая.
Этот человек как и любой японец любит рыбу. Он пробует разные морепродукты. Большинство из них это жаренный во фритюре денатураллизированый протеин когда-то называемый рыбой; почерневшая красная рыба: это ничто иное как просто уголь. Он делает заключение, что вся кухня Запада это нечто пережаренное. Конечно на Западе есть и вкусные блюда. Например, он любит прихотливую французскую кухню. Утверждают, что хороший французский повар может приготовить отличное блюдо даже из подошвы сапога! Они действительно обладают искусством готовить. Японские же блюда, кажется, вообще не нуждаются в поварском искусстве. Для сашими и суши используют сырую рыбу. Когда западный человек об этом узнает, то обычное впечатление - «что за дикари, они едят сырую рыбу!»
Хотя для сашими и суши действительно используют сырое мясо рыбы, это тем не менее одни из самых сложных блюд в японской кухне. От умения сделать нарезку действительно зависит вкус блюда. Нужна абсолютно свежая рыба, а это означает что рыбаки, дилеры и повара должны знать как ловить, перевозить и хранить рыбу так, чтобы сохранить её совершено свежей. Много мастерства скрыто за «сырой рыбой». Это настоящее искусство, хотя и искусство иного рода нежели поварское искусство Запада.
Некоторые западные кухни великолепны: это вкус поварского искусства. Суши так же великолепно: это вкус самого материала. Поварское мастерство тут спрятано: оно целиком посвящено сохранению естественного вкуса продукта. В этих двух подходах к приготовлению я вижу отражение разницы в эстетике наших культур.
Подобную разницу можно увидеть и в науке. Я хочу описать разницу в науке обсудив 4 пары базовых концептов – один/много, пропасть/нет пропасти, «Я»/ «без Я», и слово/факт. Эта разница существует не только в науке, но и в иных областях. Наиболее ярко она проявляется в религии, возможно потому что религия это одна из главных сил ведущих общество в этом направлении. Соответственно, перво-наперво я опишу разницу в религии Востока и Запада для того чтобы потом обсудить эту разницу в науке.
Здесь я рассматриваю Запад как Западную Европу и Северную Америку, а Восток как Дальний Восток, главным образом Японию. Христианство это основная религия Запада. В Японии среди интеллигенции наиболее влиятельным является Дзен Буддизм. Здесь я исследую разницу между этими двумя религиями.
Разница в религии.
Существенной чертой Бога в Христианстве является Его единственность и исключительность. Он Творец мира и Он сотворил мир с определенной целью. Мир задуман Богом. С другой стороны, в Дзен Буддизме нет единого бога творца. И нет цели творения. Такая концепция как «цель» это лишь плод сознания смертного человека и не является реальностью. Реальным является то, что лежит за пределами человеческих представлений и, т о не может быть обозначено словом. Чтобы указать на это используют слова «ничего», «пустота». Знать что нечто есть пустота, это просветленность, и просветленный человек называется Будда. Если мы рассматриваем Будду в сравнении с Богом в Христианстве, он не один, потому что будд столько сколько просветленных людей в мире.
Взаимоотношение человека и Бога.
Бог христиан трансцендентен. Человек не может стать Богом: существует пропасть которую человек не может преодолеть. В Дзен Буддизме нет пропасти между Буддой и человеком: человек может стать Буддой. Будда и человек живут в единстве и гармонии.
Как человек может стать Буддой?
Отказываясь от себя выходя во «бессознательность». «Я» должно быть отброшено для того чтобы «просветиться». Дзен Буддизм рассматривает мир воспринимаемый обычным человеком просто как проекцию образа созданного его сознанием. Следовательно, если он не отбросит обычный осознающий разум и не станет бессознательным, он никогда не ухватит естество мира и никогда не достигнет просветленности.
Как человек может быть спасен в Христианстве?
Существует глубокая пропасть между Богом и человеком. Однако Бог, по своей доброте дал человеку слово как посредника. Он дал нам 10 заповедей; Он дал нам Христа, и Он есть Слово. Но слов не достаточно: даже если мы думаем что мы верим в Бога , мы должны быть избраны Богом для спасения. Пуритане пытаются найти знаки своей избранности в своей способности хорошо работать, что было движущей силой капитализма.
Я рассматриваю выбор моего «Я» Богом и ответственность моего «Я» следовать слову Божьему как два главных фактора которые сориентировали Запад как эго-центрическое общество.
Важность «Я» проистекает из самого характера Бога. Он личность. Он живой Бог обладающий страстями; Он сотворил мир так чтобы бы любимым тварью, и следовательно, Он эгоистичный самовлюбленный малый. (ничего удивительного, что Он сотворил эгоистичный род людской)
Человек сотворен по Образу Божьему. Следовательно, эгоизм это отнюдь не плохая, но довольно-таки хорошая характеристика. «Я» обязано быть укоренено в индивидуальности христианина. И в этом разительное отличие с отказом от «Я» в Дзен Буддизме. Слово, помимо своей посреднической функции, играет в Христианстве еще одну важную роль: слово творит факт. «Да будет свет. И стал свет» Т. о. слово играет две ключевых роли в Христианстве. И я полагаю, что это главный фактор, который сделал Запад слово-ориентированным обществом. Мне кажется, что в Западном обществе слово обладает большей реальностью чем сам факт.
Дзен Буддизм не доверяет словам. Слова ассоциированы с нашим сознающим разумом, который мы должны отбросить если мы хотим достичь просветления. Мы доверяем не словам, а фактам. Истинный факт это не существование горы, например. Только тогда когда мы понимаем, что гора это ничто, это пустота, и смотрим на эту гору снова, только тогда мы осознаем истинный факт. И это оказывается более реальным нежели просто существование, которое мы наблюдаем нашим обычным сознающим разумом. Это нельзя объяснить логикой слов. Попытка передать это словами только уводит нас от понимания истинного факта.
Тут невозможны дискуссии. Я уверен, что большинство из вас не поняли, что я сказал об истинном факте. Я добавлю немного философского обсуждения, чтобы быть более понятным, хотя это и противоречит обычаем Дзен Буддизма.
Согласно традициям западной философии мы наблюдаем в горе две вещи: материал из которого сделана гора, и сущность, которая дает нам возможность сказать, что эта вещь называется гора. Западный мир построен на этой дихотомии между сущностью и материей. Сущность также может быть названа именем, словом или мыслью, поскольку это соответствует мысли в нашем сознании. И именно через эту сущность наше сознание входит в контакт с существованием.
Дзен Буддизм утверждает, что нет такой вещи как сущность горы; это ничто иное как плод сознания нашего «Я». Человек Запада может спросить нас, а как же тогда можно войти в контакт с горой если нет такой сущности? Без сущности существование становится бессмысленным для нас и мы оказываемся отчуждены от внешнего мира. Дзен Буддизм в ответ говорит, что проблема Запада в наличии пропасти между «Я» и горой. Когда нет пропасти, то нет и дихотомии, тогда и не нужна посредническая идея, такая как «сущность горы». Сущность это искусственный конструкт и создание нашего разума. Если мы извлечем сущность из существования, то ни сущность, ни то что осталось не будут истинным существованием. Истины нет ни снаружи ни внутри горы. Эта конкретная гора, как она есть и представляет из себя истинный факт. Мы можем ухватить истинную природу существования только после того как отбросим все дихотомии такие как сущность/материя, «Я»/гора.
Как мы можем отказаться от дихотомий?
Все дихотомия берут свое начало в «Я». «Я» наблюдает. Следовательно есть дихотомия между наблюдателем и объектом наблюдения. Когда мы отбрасываем «Я» и становимся «бессознательными» , пропасть между «Я» и горой исчезает. Потому что нету «Я». «Я» пусто. Т к нет дихотомии между «Я» и горой, то и гора тоже пуста. И все же, я есть я, и гора есть гора. Существование такое как я и эта гора обнаруживает природу без помех наведенных нашим сознанием. Все становится пусты и реальным когда мы теряем себя и становимся бессознательными.
Бессознательность это особое состояние сознания в котором обычное осознавание отброшено. Согласно традиции западной философии, существует жесткая дихотомия между самим разумом и телом. Сознание это работа разума. Дзен Буддизм требует чтобы эта дихотомия была отброшена. Если в нас самих есть пропасть между разумом и телом, то как мы можем надеяться решить проблему пропасти между «Я» и внешним миром? Когда мы отбрасываем обычный разум и сознание, разум и тело сливаются воедино и достигается истинное осознавание. Этим истинным осознаванием, или бессознанием , мы можем постичь истинную природу внешнего мира. Если бы это было только уделом разума, то это могло было бы быть выражено в словах. Но это включает и разум и тело. Это вовлеченность тела есть ключевое отличие Дзен от Христианства.
Откуда мы знаем, что все пустота?
Как мы можем потерять себя и стать бессознательными? Через практику. Дзадзен это один вид: специальные медитации в которых обычный разум и обычное тело подавляются для достижения единства разума и тела.
Другой путь это концентрация на ежедневной работе. Работай искренне и с полной отдачей; создавай вещи хорошего качества. Если ты сумеешь потерять себя в работе, то ты сможешь сознать настоящую вещь. Работай хорошо, тогда инструменты в твоей руке станут частью твоей руки и продукт который ты сделаешь станет гармоничным продолжением тебя самого, и ты есть нечего, и продукт есть ничего, и все есть реальность. В то время как Дзен Буддизм опирается на такого рода реальные факты, Христианство опирается на слова в этом относительном мире.
Заметьте, призыв «работай хорошо» имеет место как на Востоке, так и на Западе. И это движущая сила обеих обществ. Однако «работай хорошо» связано с «Я» на Западе и с «без Я» на Востоке. И это реальное различие в поведении людей в этих обществах, хотя на поверхности лежит общность в хорошей работе.
Различие в науке.
Отталкиваясь от этой разницы в религии я сейчас опишу разницу в науке.
Западная наука основывается на допущении, что природа устроена рационально и единообразно. В природе должны быть найдены несколько универсальных правил или законов. Наука занята как раз тем, что ищет эти законы. Минимальность количество законов это императив как бритва Окама. Любое правило должно быть просто: итоговым утверждением правила должно быть уникальное уравнение. Это утверждение о том что чем проще тем лучше, интуитивно совсем не очевидно. Ясно что это ни что иное, как отражение монотеистической религии. В конце концов подразумевается итоговый Закон Вселенной и это закон Божьей Воли. Все разворачивается из этого Закона и очевидное множество законов должно быть сворачиваемо к финальному, кристально чистому Закону.
С другой стороны восточная наука не столь скупа в отношении законов. Очевидно потому что есть не один Бог, но множество Будд и множество правил. Это ведет восточную науку от единообразия и подобия к различиям и спецификам.
В западном мире ученый не может достичь абсолютной истины. Абсолютная истина всегда за пределами достижимости человека Запада; она принадлежит Богу. Все что может человек, это интерпретировать мир который создал Бог. «Моя» интерпретация мира это единственное на что способен ученый. Соответственно, их собственный взгляд и «Я» играют критическую роль в интерпретации. Здесь разительный контраст с восточной наукой. На Востоке человек способен достичь абсолютной истины, если он отринет свое «Я» и опустошит свое сознание. Интерпретация это воображения разума. Если хочешь достичь истины, необходимо избегать интерпретаций. Телесные упражнения такие как наблюдение и эксперимент предпочтительны, так как они не позволяют разуму отклониться и разобщиться с телом. Разум и тело должны идти рука об руку в восточной науке. Перед тобой реальный факт. Ты можешь постичь его, если прекратишь разговаривать и посвятишь себя наблюдению и эксперименту до точки, когда ты перестанешь осознавать что ты наблюдаешь или делаешь эксперимент. Итнерпритировать это значит создавать свой собственный мир, а это всегда закрывать перед тобой путь к истине.
На Западе интерпретация всегда делается посредством слов. Потому что слова это единственный посредник между нами и истиной, и потому что слова обладают большей реальностью нежели сами факты. Позвольте мне объяснить это. Западная наука не рассматривает просто описание фактов как собственно науку. Факты обретают смысл только после того как они были интерпритированны, как проявление универсального закона. Следовательно, слова (интерпретации, концепции, правила) придают реальность фактам, и таким образом слова создают факты. Это противоположно восточной науке. На Востоке единичный факт как он есть, это и есть истина.
Структура науки хорошо соотносится со структурой религии, и в этом нет ничего удивительного, т к в каждом конкретном обществе наука и религия без сомнения имеют общий мыслительный шаблон. К тому же как наука так и религия вовлечены в отношение человека и истины.
Позвольте мне сумировать различия в науке. Западная наука ориентирована на гипотезы. Гипотезы это выраженные в словах личные интерпретации того как универсальные правила работают в данном конкретном наблюдаемом случае. Гипотезы должны быть значительные: конечное правило должно быть одно, и следовательно величайшая и наиболее общая гипотеза есть наилучшая. Это уводит гипотезы в область абстракции.
Гипотезы не абсолютные правила; они изменяются со временем. Ценность гипотезы, следовательно, не может измеряться только её точностью; она должна измеряться своей значительностью. Если гипотеза стимулирует множество людей на исследования в этой области, это хорошая гипотеза, даже если она после окажется ошибочной.
Восточная же наука ориентирована на факт. Она пытается постичь истину не через обобщения и абстракции как западная наука, а через специфику и беспристрастие. Конкретный факт представляет собой абсолютную истину. Интерпретаций и гипотез лучше избегать, так как человеческий дискурсивный интеллект скрывает реальность. Умелый эксперимент и детальное наблюдение за конкретным существованием обнаруживают реальность. Ученый должен обретать свою реальность в посвящении себя целиком научной деятельности. Тенденция восточной науки делать акцент на спецификах и особенностях делает её довольно объективной и практичной.
В западном обществе, особенно в Соединенных Штатах, мужчины и женщины обладают равными правами перед Богом. На момент рождения все равны. Так как каждый человек «Я»- ориентирован, следовательно развивается сильное эго, и соответственно растет пропасть между людьми. Слово это единственный посредник между ними. А значит много слов должно говориться для того чтобы поддерживать отношения между людьми. Даже в семье, мужчина и женщина должны говорить друг другу «я люблю тебя» каждое утро и каждую ночь. В Японии же улыбки достаточно для общения между женой и мужем.
На Востоке люди не равны между собой: одни рождаются богатыми другие бедными, одни мужчинами другие женщинами, кто-то рождается увечным, кто-то рожден птицей а кто-то червем. Много разных уровней между живущими. И это следствие кармы. Однако, так как общество не «Я»-ориентированно, не существует пропасти между двумя людьми, даже если они из разных слоев общества. Как только ты становишься частью общества, ты часть целого. В обществе человек, особенно высокого ранга должен прятать свой статус, чтобы сохранять гармонию. Анонимность это эстэтика Востока. С другой же стороны, на Западе, амбициозные люди стараются вырваться за пределы своего социального статуса, чтобы быть замеченными и отличными. На Западе каждый хочет быть героем. Особенно после «смерти Бога» в 19 веке, каждый конкретный человек хочет и должен быть богом.
Имея все это ввиду я опишу разницу между восточными и западными учеными. На Западе каждый ученый желает отличаться от других ученых. Ученый должен создать свою собственную гипотезу и свой собственный взгляд на природу. После «смерти Бога» он должен выполнять Его роли, одна из которых ре-сотворить мир, громким голосом сделать его видимым и убедить других ученых. На Востоке ученый не предлагает великих гипотез. Предложить «Я» или «мое что-то» расценивается на Востоке как очень плохие манеры. Ученые ищут конкретный специфический факт. Как только этот факт получен, им больше не надо говорить, за них говорит сам факт. В естественных науках это более естественно и лучше позволить природе говорить самой, чем говорить за неё человеку; ученому следует молчать. В этом эстетика Востока. Это та же эстетика что и при приготовлении суши.
Достоинства и недостатки двух обществ.
Я отдаю себе отчет что данный взгляд упрощен едва ли не до карикатурности. Но заметьте, этот тип жесткого сверх-упрощения это отличительная характеристика Западного общества. Я лишь следую вашему пути. Моя схема далека от истины, но я думаю она кое-что освящает, и если мы осознаем, что научная истина это еще не абсолютная истина, то это имеет значение.
Мой анализ обнаруживает достоинства и недостатки обеих обществ. Позвольте мне начать с Востока. Здесь ученый не чувствует себя счастливым если выдает великую гипотезу. Тут предпочитают ориентироваться на технологии, так как они не требуют гипотез. Китай был мировым лидером по технологиям до Индустриальной революции на Западе. Япония сейчас выигрывает конкуренцию с Западом по современным технологиям. Это плод практического ума. Однако существует значительный недостаток в подобном отказе от гипотез. Западные ученые имеют право спросить, а является ли вообще восточная наука собственно наукой по определению? Западная наука считает, что просто коллекционирование фактов это путь в никуда Сила западной науки как раз и покоится на умении строить гипотезы, которые могут повести нас в новом направлении.
Существует несколько негативных характеристик присущих науке Запада.
1. Западные люди имеют тенденцию считать что слова и концепции обладают большей реальностью нежеди чистые факты и существование. Это довольно опасно. История науки полна примеров, когда точные наблюдения были отброшены ради концепции в которую верили. Однажды Дзен мастер сказал что мы не должны путать палец указывающий на луну с луной на которую он указывает. Хотя палец учит нас что луна существует, разумно ли говорить что палец создает луну? Хотя слово «луна» нужно, чтобы указать на вещь, что светится в небесах, разве уместно сказать что слово создает её, и что слово более реально нежели небесное существование?
2. Цель Западного общества это один общий уникальный закон. Это часто ведет к пренебрежению разницей и сложностями. Мне кажется что роль биологии особенно важна для Запада именно потому что учит нас сложностям. Другая проблема общества ориентированного на одно универсальное правило это то, что такое правило подразумевает тенденцию к росту и увеличению закона все более и более, т к чем больше он объясняет, тем лучше. А смогут все люди с ним разобраться?
Возможно нам понадобятся гиганты и герои для этого. История западной науки это история гигантов и героев. Но я не уверен что и дальше, по мере того как законы будут становяться все больше и больше, мы сможем полагаться на гигантов и героев. Должен существовать придел в величине закона: внутри этих пределов обычные люди будут чувствовать себя вполне комфортно, но за пределами, им будет весьма неуютно. Я бы предпочел отказ Запада от ориентации на принцип - чем больше (всеобъемлюще) тем лучше.
На Востоке разум и тело должны идти рука об руку. Масштаб законов и идей, а следовательно, масштаб разума должны соотноситься с телом. Размеры тела трудно изменить. Такие приспособления как микроскопы, телескопы, двигатели и моторы могут увеличить размер нашего тела усиляя наши глаза и мускулы. Но я не слишком оптимистичен, т к чрезвычайно трудно эти машины привести в гармонию с нашим телом. Мы страдаем от пропасти между нашими телами и машинами. По сравнению с нашими телами наш разум легче увеличить. Разум имеет тенденцию увеличиваться и увеличиваться, оставляя тело без изменения. Труднопостигаемые законы, которые создает наш распухший разум углубляют пропасть между разумом и телом. Мне кажется что это один из ключевых моментов ответственный за несчастья нашей эпохи.
3. После «смерти Бога» на Западе каждый старается утвердить свое эго. Это привело Западное общество к некоторым достижениям. Однако и к некоторым порокам. Каждое эго должно бороться за обладание истиной и смыслом существования – часто безнадежно. Я буду называть это явление «ego inferno». Подобное явление обнаруживается и среди ученых. Каждый ученый должен предложить свою собственную гипотезу и утвердить свой «raison d' etre», даже если он отдает себе отчет в том, что это не истина в последней инстанции. Я буду называть это «hypothesis inferno » Какой же путь более радостный – западный, в котором ученый должен заполнять пропасть между абсолютной истиной и относительным миром, или восточный, где ученый может достичь единства с абсолютной истиной?
На Западе существует три типа ученых. Первый тип это традиционный христианин, тот который ищет религиозную радость открывая Божьи законы в природе. Второй тип видит героическую гордость в усилиях разума заполнить пропасть между абсолютным и относительным. Он отрицает необходимость Бога и старается найти смысл мира возникшего случайно. И третий тип это практическая личность; он просто ищет удовольствия, решая головоломки природы в науке, не уделяя внимание ни религии ни философии. И таких большинство. Для таких людей наука это игра по созданию гипотез. А природа эта просто объект в этой игре. Такой взгляд на природу опасен, потому что увеличивает тенденцию западной науки управлять природой по своему хотению, и это следующий момент, который я хочу обсудить.
На Западе существует пропасть между человеком и природой. Человек трансцендентен по отношению к природе так же как Бог трансцендентен по отношению к человеку. Человек это господин, а природа раба. Человек распоряжается природой по своей собственной воле. Это дает ученым свободу манипуляции и интерпретации природы. В этом есть большой плюс: из природы можно сделать что угодно. Однако всегда есть опасность пережарить: природа сама убита и только повар доволен. На Востоке же нет серьёзного различия между человеком и природой.
Позвольте мне привести замечательный пример такой дихотомии как пропасть/отсутствие пропасти. Звук слышимый человеком фиксируется ухом и обрабатывается мозгом. В человеческом мозгу звук человеческого голоса и шум обрабатываются разными полушариями мозга. Звук издаваемый насекомыми у человека Запада обрабатывается в том же полушарии что и шум, а у японца в том же полушарии что и человеческая речь. Возможно, это указывает на то, что японцы умеют слышать то, что говорят насекомые, т е что японец может общаться с природой так же, как он может общаться с людьми. Я убежден что естественные науки у них осуществляются иначе чем у людей, для который звук насекомых это просто шум.
В западном сознании существует пропасть между человеком и природой; и эта пропасть, возможно соответствует разделению правого и левого полушария. Японцы слышат природу и человека одним полушарием; это, возможно соотносится с тем что у них в сознании нет разрыва между человеком и природой. Причем это различие в функционировании мозга не связано с генетическими особенностями. Японец воспитанный на Западе слышит звуки так же как и человек Запада. Это прекрасный пример показывающий, что человеческая природа может быть модифицирована природой. А значит утверждение, что у всех людей происходят те же самые когнитивные процессы, и единое восприятие природы, должно быть пересмотрено.
Христианство это одна из многих религий в мире, и Западное наука это одна из многих наук. Народ Запада всегда тяготится к вере в то, что должна быть одна религия и, так же, должна быть только одна наука в мире, потому что для Запада универсальность это Бог. Но так ли это? Наука эта система знаний. И система отнюдь не обязательно требует универсальных гипотез на которых Запад настаивает. Да, это правда что западная наука проявила себя наиболее успешной, и я охотно отдаю ей должное. Однако мы не можем сказать будет ли так же продолжаться и в будущем. Наука живет в историческом пространстве. Какая наука окажется наиболее адаптируемой к изменяющейся ситуации в науке и обществе? Возможно, западной науке придется притерпеть некоторые изменения в будущем, и в этом случае отрадно знать что есть и другие альтернативы.
Разница в логике.
Я оказался вовлечен в тип рассуждений называемый японцами «bigtalk». На самом деле честный и уважаемый ученый не должен позволять себе bigtalk в Японии; Мы должны ограничивать себя маленькими разговорами, которые не пренебрегают минутными и тонкими различиями в природе. Наш японский разговор имеет ряд особенностей по сравнению с разговором людей Запада. Далее я отмечу эти особенности касающиеся науки.
Когда вы, люди запада читаете статью написанную японскими учеными, вам часто трудно понять что автор хотел сказать, даже если статья написана на английском. Конечно, очевидной причиной кажется плохой английский; другая же причина, это различие в самой логике. Западная логика довольно ясная: она имеет структуру в которой все утверждения жестко связаны и линейно упорядочены по направлению к выводу. Японская логика совсем не столь ясная. Человек Запада может не увидеть в ней логики вообще. Японцы обсуждают нечто и, не делая выводов, переходят к обсуждению следующего топика. Эти два топика часто не имеют логической связи, хотя они и связаны неким образом в сознании японцев. Японцы стараются обсудить каждый вопрос с различных точек зрения. И каждый такой подход связан с другим посредством образов, а не посредством жесткой логики наподобие силлогизмов.
Линейная логика очень эффективна: она ясно освящает одну сторону факта. Но не больше. Японская же логика охватывает факт как бы сетью, создавая полую 3-мерную структуру. Эта сеть не плотного плетения и, конечно, возможна утечка. И она, конечно, связывает факт не столь определенно и жестко. Скорее она создает атмосферу, которая обволакивает факт. Это еще один пример дихотомии «один/много» Западные люди предпочитают одну конкретную точку зрения, в то время как японцы предпочитают многообразие точек зрения. Это так же может быть интерпретировано в контексте противопоставления «Я»/«без Я», потому что одна фиксированная точка это западное Я.
Итак, японцы не делают заключений. Они скорее указывают направление. И это, как я понимаю, вызывает наибольшую досаду у западных людей. Если не делать никакого вывода, это все равно что ничего не сказать. Но смотрите. Японцы мыслят следующим образом. Если мы сделаем заключение это будет означать, что наше заключение истинно.А такое утверждение необходимо ложно, ибо словами нельзя выразить истину. И еще. Если мы делаем заключение мы закрываем ниш мир. Если же мы уклоняемся от того чтобы сделать вывод, мы позволяем другим людям сделать выводы самим, наш мир открыт для них. Если другой человек приходит к тем же заключениям что мы подразумеваем, то мы можем гармонично разделить этот вывод. Если другой человек не приходит к такому же выводу, мы просто ждем. Мы не настаиваем; Это дорога уводит от гармонии. Агрессивность это не достоинство на Востоке.
Закрытая система это характеристическая черта западной науки. Каждый ученый создает свой собственный мир и закрывает его от других людей. Другие могут или же принять это как догму или же разрушить и построить свою собственную. Две закрытые системы обречены на борьбу.
Религия и философия Запада так же используют эту закрытую систему. Дзен же использует открытую систему. Однажды Дзен-мастер сказал «когда мы встречаем Будду мы убиваем его!» Почему? А потому что когда мы говорим «это истина», мы закрываем нашу систему. Такие закрытые системы это сотворение «Я» и следовательно относительной истины. Абсолютная истина не находится в закрытых системах. Мы должны открыть систему; мы должны разрушить жесткую оболочку того, что «Я» думает является истиной, и т о разрушить оболочку своего «Я». Это и означает «убить Будду». Когда система открыта любой может зайти и выйти из «себя»: Будда зайдет, другие люди зайдут, ты выйдешь и все могут быть едины в истине и гармонии.
Существуют некоторые области в которых Запад использует открытую систему. Например искусство или поэзия. Они требуют воображения от получателя и, таким образом они открыты получателю. Давайте вспомним о японской поэзии. На май взгляд гениальность Японии проявилась в поэзии называемой ренку. Вы возможно слышали о хайку; очень короткие поэмы состоящие только из 17 слогов. Ренку это последовательность хайку; Несколько поэтов, обычно 3, собираются вместе; один из них сочиняет первую строку из 17 слогов, затем второй поэт создает следующую строку из 14 слогов. Эти две линии заканчивают стих. Третий поэт пишет третью строку из 17 слогов, которые будут первой строкой следующего стиха, и следующий (обычно первый) пишет 4 строку 14ю слогами, заканчивая второй стих. Поэты продолжают сочинять строки по очереди и в 36 или 100 строк ренуку заканчивается. Каждые 2 строки ренку независимый стих и в то же время каждая строка связана с предыдущей и последующей. Эта связь не логична в научном смысле. Такие логичные связи запрещены в ренку. Связь осуществляется посредством образов. Эти стихи связанные образами в многомерную структуру , создают атмосферу, которая определенно выражает некую эстетику и философию, хотя ни один стих не содержит никакого философского утверждения. И заметьте, это многомерная поэма: здесь разные эго сосуществуют в гармонии. Эта логика совершенно отлична от той что используется на Западе.
Я рассматриваю логику ренку как квинтессенцию японской логики. Однако большинство японских ученых сторонятся этой логики, потому что она не всецело научная. Хотя я не думаю, что мы можем напрямую использовать логику ренку для научного исследования, я все же думаю, что на будущее науки уместно искать открытую, многоразмерную логику. «если природа абсолютно связана, то нам должно предпочесть такие языки и системы которые демонстрируют наибольшую связь, не потому что они фактически показывают связь в природе, но потому что они ближе всего к этому подходят».
_________________ Наше собрание
|
Вход
Регистрация
Библиотека
Правила
FAQ
Поиск
Хотя моя соседка в России утверждала,что Иисус -русский,прикольно.